Уход кумира
Вячеслав Тихонов умер 4 декабря. Он давно болел, выглядел даже старше своего солидного возраста (и, возможно, поэтому не любил появляться перед камерами), много лет не снимался, жил почти что отшельником. Казалось, все это способно превратить самого знаменитого в прошлом человека в героя прошедшего времени. А с Тихоновым этого не случилось. Его смерть вызвала среди думающих и чувствующих людей России ту острую реакцию, какую вызывает уход кумира, по-прежнему владеющего человеческими умами и сердцами, – властителя дум, говоря высоким стилем девятнадцатого века.
И действительно, ничего в прошлом – все в настоящем, все с нами: князь Андрей, директор школы Мельников, писатель Иван Иванович… Но, конечно, прежде всего Штирлиц. Можно и нужно сколь угодно высоко оценивать режиссерское мастерство Лиозновой, актерский блеск и глубину Броневого, Плятта, Градовой и других, но исключительно благодаря Тихонову «Семнадцать мгновений весны» стали бессмертным фильмом, который интересно смотреть и пересматривать до сих пор. Приковывает к себе в кадре, едва только появляется, именно он. А так как из кадра почти не выходит, магнетизм этого фильма столь фантастически велик. Это уникальный образец слияния актера с образом, о котором, наверное, и мечтал Станиславский, создавая свою теорию актерского творчества.
Этим феномен Тихонова-Штирлица не исчерпывается. Он не просто гениально сыграл Штирлица: эта роль, как кажется, изменила его самого. На всю жизнь он словно остался в этом образе – сдержанного, благородного, идеального человека. И при этом он так мало был похож на актера – никакой игры в жизни, абсолютная естественность, мягкость и простота. И поэтому так органичны были эмоции влюбленности, желание походить на него, которые он вызывал в окружающих. Такого кумира можно и нужно было себе сотворить