«Совершенно секретно» продолжает расследование коррупции в Управлении делами президента (начало см. в №7 за 2010 год)
Руководитель ОАО «Москонверспром» Валерий Морозов обвинил в коррупции ряд высокопоставленных сотрудников Управления делами президента (УДП) РФ. Предприниматель утверждает, что вынужден был заплатить взятку в 180 миллионов рублей (12 процентов от суммы госконтрактов на строительство олимпийских объектов в Сочи) заместителю начальника Главного управления капитального строительства (ГУКС) УДП Владимиру Лещевскому. Но потом обратился с заявлением о вымогательстве в Департамент экономической безопасности (ДЭБ) МВД. Сотрудники ДЭБ провели оперативный эксперимент: Валерий Морозов, оснащенный спецаппаратурой, под контролем оперативников передал в несколько приемов 15 миллионов рублей господину Лещевскому. Однако затем полученные доказательства и следы денег, выделенных самим предпринимателем для спецмероприятия, таинственно исчезли в недрах МВД. Они обнаружились лишь после обращения руководителя «Москонверспром» Морозова к прессе.
Откат начала 2000 годов, утверждает Валерий Морозов, был относительно невелик: пять процентов от суммы строительных контрактов, заключаемых по линии ГУКС УДП. Возможно, тогдашняя скромность запросов была связана с обновлением команды УДП: во главе этой структуры поставили Владимира Кожина. Потому как при Павле Бородине, если судить по данным швейцарских органов, расследовавших дело «Мабетекс», откат достигал в среднем 13 процентов от сметы контрактов. Впрочем, пять процентов тоже немало, если учесть, что в 2002 году, например, в бюджете УДП по графе «Строительство, архитектура» проходило 3,786 миллиарда рублей. Это не считая огромного количества внебюджетных средств, которыми УДП получило право распоряжаться для организации разных проектов вроде реставрации Константиновского дворца в Стрельне.
В 2003 году в УДП организовали ФГУП «Дирекция по строительству и реконструкции объектов федеральных государственных органов» (ДСР). И, как пояснил Морозов, основной поток разделился на две части: один контролировал Владимир Лещевский – заместитель начальника ГУКС Управделами президента РФ, другой – ДСР. Поскольку ДСР официально получала два процента от суммы всех контрактов, исполняемых с ее участием, ДСР от тех пяти процентов отодвинули. По словам Морозова, в 2005 году откатные расценки подскочили вдвое и подрядчики слегка взбунтовались: пять процентов отката, десять – еще куда ни шло, но 12 – с учетом комиссионных ДСР – уже много! В 2006 году откат по «основной линии» дошел до 15 процентов. Для серьезных компаний это, видимо, было почти запредельно. Чиновники стали опасаться, что могут возникнуть проблемы: неровен час, кто-то отнесет заявление в прокуратуру, МВД, ФСБ. Просочились сведения, что подрядчики неофициально сообщают об откатах в правоохранительные органы, но открыто выступать не осмеливаются. Те же, кто пытался «дернуться», сталкивались с налоговыми проверками и имели дело с УБЭП. «Говорите, что платили откаты? Тогда мы идем к вам! Как платили? Куда переводили деньги? А, так вы же преступники! А то, что вы передавали деньги в УДП, – это еще доказать надо!»